502 Bad Gateway


nginx/0.7.67
Ая эН 502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/0.7.67

502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/0.7.67
ПРОСТО СКАЗКИ.

1. Неоконченная история обыкновенной барилямбды.
2. Сказка про самого великого колупателя.
3. Девочка, которая могла делать все, что хотела.
4. Сказка о вечности, уроке труда, Вообщеговоря Ване и Короче Васе.
5. Пушкин и компания. (Продолжение сказок о Короче Васе.)
6. Репка.
7. Теремок.

НЕОКОНЧЕННАЯ ИСТОРИЯ ОБЫКНОВЕННОЙ БАРИЛЯМБДЫ.

    Жила-была как-то раз на свете обыкновенная барилямбда. Толстая, неповоротливая, да к тому же совершенно дикая. Медленно передвигалась она по земле на своих коротких ногах, оканчивающихся пятью пальцами с копытообразными ногтями, жевала потихонечку травку и спала, где придется. Скучная у нее была жизнь. Решила барилямбда одомашниться и стала искать для этой цели кого-нибудь подходящего. Да разве кого найдешь, когда вокруг сплошные динозавры да ящеры почем зря шастают! Ходила она, ходила, почти уже отчаялась, вдруг глядь - сидит на ветке обыкновенный плезиадапис: изо рта клыки торчат, пушистый хвост вниз свешивается, а сам ростом с кошку, не больше.
    - Плезиадапиз, а плезиадапис, одомашни меня! - попросила барилямбда.
    - Ты что, барилямда! - обалдело уставился на нее плезиадапис. - Как я могу тебя одомашнить?! Я и сам еще дикий! Да и поумнеть мне не помешает... Подходи-ка ты этак через 30, а то и через все 50 миллионов лет, тогда и поговорим.
    Вздохнула барилямбда и пошла дальше траву жевать. А тут как назло климат на Земле меняться стал: то ветер подует - вот тебе и оледенение, то солнышко на пару тысяч лет выглянет, то опять ледниковый период... Пришлось бедной барилямбде на диету сесть и спортом заняться, чтобы пищу раздобыть и от врагов спастись. А чтобы быстрее бегать, стала она бегать на цыпочках. От этого средний палец у нее вытянулся, а остальные постепенно поотмирали за ненадобностью. Тяжелая у нее была жизнь! Решила барилямбда опять попробовать одомашниться. Смотрит - а ее старый знакомый плезиадапис тут как тут. На той же ветке сидит. Правда изменился до неузнаваемости.
    -Плезиадапис, а плезиадапис! Ну одомашни меня пожалуйста! - попросила похорошевшая за столько миллионов лет барилямбда.
    - Какой же я тебе плезиадапис! Да я уже давным - давно в обезьяны выбился! - ответил тот. - Да и ты на себя в зеркало погляди: Ну разве ты барилямбда ?
    - Кто же я ? - заволновалась барилямбда.
    - Не знаю! - пожала плечами обезьяна. - Ты теперь наверное гиракотерий какой-нибудь. Или мезогиппус. Или даже уже эвкус...
    - А эвкусов можно одомашнивать? - с надеждой спросила бывшая барилямбда.
    - Можно, только у меня еще для этого ума немножко не хватает. Приходи еще через пару миллионов лет, тогда поговорим, а сейчас мне тут с тобой болтать некогда! - сказала в ответ обезьяна, схватила палку и побежала по своим обезьяним делам.
    А эвкус зацокал своими четырьмя непарными копытами в другом направлении.
    Прошло еще два миллиона лет. Глупый сутулый плезиодапис, превратившийся в обезьяну, встал на ноги и окончательно выбился в люди, а заодно и планету изменил до неузнаваемости: построил города, проложил дороги, возделал землю, приручил животных... Короче говоря, стал настоящим человеком. Однажды этого человека назвали Александром.
    А ленивая безшерстая барилямбда, сделавшаяся эвкусом, к тому времени еще больше выросла и окрепла. Ноги у нее стали стройнее и тоньше, взгляд сообразительнее, вид благороднее. Короче говоря, она превратилась в настоящую современную лошадь, а точнее в жеребца по кличке Буцефал.
    И вот как-то раз во дворец к отцу пятнадцатилетнего Александра, царю Филиппу, привели на продажу красавца Буцефала. А надо сказать, нрав у Буцефала был горячий и необузданный (недаром он произошел от никем не прирученной барилямбды). Никого он к себе не подпускал, даже царя скинул. Но и юный Александр был не лыком шит (недаром он произошел от столько миллионов лет умнеющего плезиодаписа). Поставил Александр Буцефала лицом к солнцу, чтобы тот не видел ни его тени, ни своей собственной, и одним махом вскочил ему на спину. Стали они с Буцефалом верными друзьями. А потом вместе огромную державу организовали - Македонию. Александр даже прозвище получил - Македонский.
    Вот такая история. И даже не вся история, а всего лишь ее начало. Потому, что история - это штука самую капельку бесконечная...

СКАЗКА ПРО САМОГО ВЕЛИКОГО КОЛУПАТЕЛЯ.

    Жил-был на свете один мальчик по имени Коля. То есть, конечно, он не один жил, а вместе с мамой, папой, бабушкой и дедушкой. Колина бабушка хотела, чтобы он был самым умным на свете. А Колин папа хотел, чтобы он был самым на свете сильным. А Колина мама нисколько не сомневалась, что он вырастет самым красивым и будет сниматься во всех фильмах вместо Шварцнегера. Что же касается Колиного дедушки, то он был композитором, поэтому...ну, сами понимаете! Жизнь у Коли была тяжелая, как у неродных дочек в русских сказках. Утром ему приходилось играть гаммы, любуясь на себя в зеркало, днем таскать гири на английском языке, а вечером заниматься вольной борьбой с компьютером по шахматам. А ночью он почему-то вырубался и спал, вместо того, чтобы играть на скрипке или заниматься еще чем-нибудь таким же полезным, и это очень тревожило его родителей. В конце - концов они решили отвести Колю к одной знакомой волшебнице, чтобы она его загипнотизировала.
    - Тебе нравится играть по ночам на скрипке? - вкрадчиво спросила волшебница мальчика.
    - Ни капельки! - сморщился тот. - А самым умным, сильным и красивым я вообще не хочу быть!
    - Кем же ты хочешь быть?
    - Никем!
    - А что ты хочешь делать?
    - Ничего!
    - Но ведь должно же быть на свете хоть что-то, что тебе нравится делать!
    Коля задумался.
    - Мне нравится краску отколупывать! - наконец сказал он. - А еще я загорать люблю, только так, чтобы обязательно сгореть. Тогда потом кожа так классно отшелушивается. Или вот еще я люблю, когда ремонт. Старые обои от стен отдирать. Или когда бабушка рыбу чистит...Но лучше всего, конечно, краску!
    - Но ведь нельзя же всю жизнь заниматься отколупыванием краски!
    - Можно!
    - Нельзя!
    - Можно!
    - Нет, нельзя!
    - Почему???
    - Ну хорошо! - сдалась волшебница. - Мне все понятно. Мы сделаем так. Даю тебе на предварительное колупание ровно три года, три месяца, три дня и три часа...
    - Три минуты и три секунды, - быстро вставил Коля.
    - Все это время можешь ковырять все, что захочешь, а родителей твоих я так и быть загипнотизирую, чтобы они тебе не мешали. Если за это время тебе не надоест заниматься только...
    - Не надоест!
    - ...Тогда я тебя, так и быть, оставлю на всю оставшуюся жизнь фанатом - колупателем. А если ты отвлечешься, то будешь всю оставшуюся жизнь делать все, что полагается!
    Они так и порешили. Родители стали заниматься своими делами, а Николай принялся с удовольствием отколупывать краску.
    Сначала он отколупал краску со своей парты. Парта была зеленая, а стала в горошек. Потом он отколупал краску с соседней парты. Она стала в цветочек. Потом он поработал над всеми остальными партами, и в классе стало ужасно весело. А когда парты кончились, Коля занялся потолками и стенами. Особенно он постарался над кабинетом математики: на потолке отскоблил таблицу умножения, на стенах - формулы, а подоконники стали представлять собой отлично выковыренное пособие по геометрии. Вскоре в школу начали ходить экскурсии загипнотизированных учителей перенимать полезный опыт, а однажды даже приехало телевидение.
    ...Через год классы и кабинеты кончились. Тогда Коля набрался храбрости и попросил у незагипнотизированного директора разрешения заняться коридорами. Директор разрешил и даже заказал Коле выковырить на самом видном месте свой директорский портрет в полный директорский рост. Еще через год во всей школе не осталось ни одной гладкой поверхности, включая крышу. Коля вздохнул и занялся подвалом.
    В подвале было темно, сыро и очень противно. Творческий процесс отколупывания шел вяло и медленно. К тому же было как-то чересчур тихо и хотелось хотя бы немножко поиграть на скрипке. Телевизионщики в подвале замерзли и уехали снимать фестиваль в Сочи, а загипнотизированные учителя Коле уже так надоели, что он был бы совсем не прочь заняться с ними вольной борьбой, пусть даже на китайском языке! Однажды Коля не выдержал и позвонил фее.
    - Можно мне капельку поиграть в шахматы? - робко попросил он.
    - Ни за что! - неумолимо ответила добрая фея. - Твои родители этого не поймут! И потом, прошло пока только три года, а у нас договор на три года и три месяца. Так что иди работать без лишних разговорчиков.
    Пришлось Николаю повесить трубочку и плестись в недоколупанный подвал. Прошло три месяца. Сквозь десять слоев современной штукатурки на стенах подвала стали проступать старинные фрески, таинственные письмена и другие памятники древности. Толпы восхищенных учителей сбились в уголок, уступая место понаехавшим со всех краев света великим археологам и вернувшимся из Сочи загорелым телевизионщикам.
    - Ваши планы на будущее! Что конкретно Вы собираетесь колупать дальше, Египедские пирамиды? - спросили у Коли на пресс - конференции великие археологи.
    - Ничего! - зевая и падая с ног ответил им бледный Коля. - С завтрашнего дня я...
    - Ничего?! - переспросила невесть откуда взявшаяся фея. - А еще три дня, три часа и три минуты?
    - С вашими способностями! - воскликнули археологии.
    - Не позорь честь школы! - прошипел директор.
    - Уговор дороже денег, - прибавил дедушка.
    - Еще один дубль, - попросил оператор телевидения.
    Коля вздохнул и сдался. Прошло три дня, три часа и три минуты.
    - Все! - заявил Коля. - С меня хватит!
    - Еще три секунды! Или я не смогу превратить тебя в настоящего Колупателя, - сказала огорченная фея.
    - Ну, значит, не судьба! - собрав последние силы, попытался утешить ее Коля и повернулся к родителям. - Скрипку, гири, шахматы и учебник по английскому!
    И Колины родители тут же побежали за всем необходимым. Потому что Колина бабушка хотела, чтобы он был самым умным на свете. А Колин папа хотел, чтобы он был самым на свете сильным. А Колина мама нисколько не сомневалась, что он вырастет самым красивым. Что же касается Колиного дедушки, то он помчался на рынок за полноценным питанием для будущего самого на свете композитора.

ДЕВОЧКА, КОТОРАЯ МОГЛА ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО ХОТЕЛА.

    Давным-давно, может год назад, а может и еще раньше, жила на нашей планете одна девочка. Звали ее не то Анна, не то Мария, а лет ей было шесть-семь, не больше. Анна-Мария ходила в школу, на музыку и на гимнастику, и везде старалась получать только одни пятерки. Старалась она, старалась, и вот в один прекрасный день ей так надоело стараться, что Анна-Мария решительно захлопнула учебник математики, забросила свою спортивную форму под пианино и сказала:
    - Все. Я больше не могу!
    - Что ты больше не можешь, Анна-Мария? - ласково спросила ее волшебница, которая как раз проходила мимо.
    - Ах! - воскликнула Анна-Мария, - Я больше совсем ничего не могу! Я не могу решать примеры, играть гаммы и даже кувыркаться!
    И из ее глаз брызнуло что-то мокрое и соленое.
    - Наверное, ты просто устала, - сказала волшебница, - Ты все это по-прежнему можешь, но тебе не хочется.
    - Нет, мне хочется! - заупрямилась Анна-Мария, - Мне хочется получать пятерки по всем предметам и вообще быть лучше всех! Мне так этого хочется! Ах, если бы я только могла делать все, что хочу! Волшебница, помоги мне пожалуйста!
    Ручьи, текущие из глаз Анны-Марии стали еще обильнее, мокрее и солонее.
    - Ну хорошо, - ответила волшебница, выбираясь из лужи и доставая свой волшебный пульт управления - Сейчас я нажму на эту кнопочку, и с этого момента ты сможешь делать все, что захочешь. И все у тебя будет сразу получаться, без забот и хлопот.
    - Правда? Вот здорово!
    Анна-Мария сразу вытерла слезы, запрыгала и захлопала в ладоши.
    - Но учти, - озабоченно сказала волшебница, - Что ты сможешь делать только то, что захочешь. А то, что ты не захочешь делать, не сможешь сделать совсем. Никогда и ни за что. Сколько бы ты ни старалась, у тебя ничего не получится. Тебя это устраивает?! Подумай как следует, ты согласна?
    - Тут и думать нечего! Я согласна!
    Волшебница молча нажала на кнопочку, повернулась и исчезла. "Мне это приснилось," - подумала с горечью Анна-Мария и опять села за математику. "А может и не приснилось... Вот бы здорово, если бы не приснилось! Попробую...Что же я хочу уметь делать? Ну конечно же я хочу уметь решать задачки лучше всех в классе, нет лучше всех в школе!" Анна-Мария открыла глаза и заглянула в учебник. Задачки показались ей такими легкими, что непонятно, как это ей раньше приходилось с ними так долго возиться. В одну минуту Анна-Мария приготовила все уроки и решила попробовать сделать еще что-нибудь. Она подошла к пианино и открыла крышку. "Как бы я хотела играть так, как моя учительница, и даже еще лучше!" - подумала Анна-Мария, перелистывая ноты. Ноты показались ей знакомыми, хотя альбом был совсем новым. Анна-Мария сыграла наугад одну пьесу, потом другую... Мелодии журчали и переливались, пальцы девочки порхали над клавишами как - будто сами по себе. "Вот все удивятся!" - подумала Анна-Мария и закрыла пианино. Играть ей больше не хотелось. Теперь она решила позаниматься гимнастикой. "Хочу уметь садиться на шпагат!" - пожелала Анна-Мария, - " И делать сальто вперед! И назад тоже! И все остальное, как заправская олимпийская чемпионка!" Будущая олимпийская чемпионка тут же, не сходя с места села на шпагат, потом прошлась на руках, вскочила и победно посмотрела на себя в зеркало. Это было здорово! Анна-Мария побежала к маме.
    - Мама! Ты знаешь, кем я буду? - закричала она, - Я буду настоящей чемпионкой! Честное слово! И даже не то, что буду, а я уже чемпионка, прямо сейчас! Ты не веришь? Хочешь, я тебе покажу?! Я буду самой лучшей потому, что я так хочу!
    - Конечно! - сказала мама, - Если ты хочешь стать чемпионкой, то обязательно ею станешь! Я в этом совершенно уверена! Но только давай отложим это хотя бы на завтра, ладно? Сейчас у нас с тобой есть дела поважнее.
    - Какие дела?
    - Мы должны пойти к зубному врачу.
    Анна-Мария нахмурилась и потрогала языком зуб. Зуб действительно побаливал. Но идти в поликлинику не хотелось.
    - Это будет совсем не больно, - сказала мама, - Я тебе обещаю! Не бойся!
    - Я не боюсь!
    - Ты у меня просто молодец! Иди одевайся, и пойдем.
    Анна-Мария вздохнула и собралась было пойти одеваться, но вдруг почувствовала, что не может сдвинуться с места. Ноги как будто приросли к полу. Анна-Мария сразу поняла, что с ней произошло.
    - Мамочка, - сказала она, - Я не могу пойти к врачу, потому что я не хочу туда идти. Понимаешь, одна волшебница...
    - Что? - удивилась мама, - Какая еще волшебница?! Мало ли чего ты еще не хочешь! Если твой зуб не вылечить, он разболится и доставит тебе массу неприятностей!
    Как будто в ответ на мамины слова зуб заболел посильнее.
    - Но мамочка, я действительно не могу пойти! Я же не хочу!
    Анна-Мария стояла на прежнем месте, как приклеенная. Зуб болел все сильнее и сильнее. Идти в поликлинику было страшно и совсем не хотелось.
    - Ну что ж, - сказала мама, - Не хочешь, как хочешь.
    И она вышла из комнаты. А Анна-Мария опять расплакалась. "Я хочу пойти к врачу" - уговаривала она сама себя, - "Я хочу не бояться! Я хочу, чтобы мой зуб был здоров!" Все было бесполезно. Зуб разболелся не на шутку, и чем сильнее он болел, тем сильнее Анна-Мария боялась и тем меньше ей хотелось идти к врачу. И неизвестно, чем бы это все окончилось, но как раз в этот момент мимо опять проходила волшебница...
    - Волшебница! - радостно воскликнула Анна-Мария, - Как это здорово, что ты вернулась! Видишь ли, у меня так болит зуб, что просто ужас! Мне надо пойти к врачу, а я не хочу. А поскольку не хочу, то и шага не могу сделать. Не можешь ли устроить так, чтобы я могла делать и то, что хочу, и то, что надо, сразу и без хлопот?
    - Ишь ты, какая умная! - усмехнулась волшебница, - Все сразу да еще и без хлопот? А вот не могу! Не могу я тебе так устроить!
    - Какая же ты после этого волшебница! - разочарованно вздохнула Анна-Мария, держась за больной зуб.
    - Какая-какая... Обыкновенная я волшебница. А для таких дел, как ты просишь, нужна необыкновенная волшебница. А я могу сделать только половину того, что ты просишь. Ты сможешь делать и то, что хочешь, и то, что надо. Вот только не сразу и с хлопотами. Подумай как следует! Ты согласна?
    Ну что тут поделаешь? Зуб болел, выбирать не приходилось, да и потом не спорить же с волшебницей, пусть даже самой что ни на есть обыкновенной... Анна-Мария энергично кивнула головой, разбрызгивая слезы во все стороны, волшебница нажала нужную кнопочку, и все стало, как прежде.
    Анна-Мария вылечила больной зуб, научилась решать задачи и очень неплохо играет на пианино. А что касается гимнастики, я вам ничегошеньки рассказывать не буду. Вот включите телевизор, когда будут показывать соревнования, и вы сами все увидите. Чудеса, да и только!
    Потому, что когда ты умеешь делать и то, что надо, и то, что хочется, пусть даже не сразу и с хлопотами, чудеса начинают происходить сами собой. И никакие волшебницы для этого совсем не нужны. Может, без этих волшебниц даже интереснее...
 

СКАЗКА О ВЕЧНОСТИ, УРОКЕ ТРУДА,
ВООБЩЕГОВОРЯ ВАНЕ И КОРОЧЕ ВАСЕ.

    Висело в воздухе окно. Почти висело: нижней рамой оно облокачивалось на подоконник, а с остальных боков его поддерживали школьные стены. С одной стороны от окна жила тощая апрельская трещина. Она валялась на асфальте целую вечность и сохла от тоски и скуки. Целая вечность невозмутимо текла рядом.
    А с другой стороны от окна жил второклассник, второгодник и вообще почти со всех сторон второсортник Вообщеговоря Ваня. Он валялся на парте и тоже сох от скуки и тоски, глядя в окно, которое висело в воздухе. Вообщеговоря - это была Ванина фамилия. Рядом с Вообщеговоря Ваней зевал его дружок Короче Вася. Короче - это было Васино имя, а Вася - наоборот, фамилия. За Короче Васей потягивался совсем знаменитый Вовочка. Рядом с ним сидела невозможная аккуратистка Луша Всех и поддерживая закрывающиеся глаза руками, слушала учителя. А Всех - это было не имя, и не фамилия, и даже не прозвище, а так, непонятно откуда взявшееся бесплатное приложение.
    С той стороны от окна, где сохли, зевали, засыпали и потягивались, вечности не было. Вместо вечности в классе шел урок труда. Урок шел себе вразвалочку от начала к концу и никуда торопиться не спешил. "Может быть, ему интересно слушать, как устроены скворечники?" - подумал Вообщеговоря Ваня.
    - И ничего мне не интересно! - ответил кто-то, - я бы в окно даже выпрыгнул, только оно закрыто!
    - Ты кто? - страшным шепотом спросил Ваня.
    - Я?! Я - твой друг Короче. У тебя что, склероз? - сказал Короче Вася.
    - Да я не тебя спрашиваю! - отмахнулся Ваня.
    Короче Вася повернулся назад и покрутил пальцем у виска.
    - В чем дело? Что это там за болтовня? - очень строго и лениво спросил учитель.
    - Вообще говоря, произошло вот что... - начал было Вообщеговоря, но учитель поморщился и перебил его:
    - Короче, пожалуйста!
    - Пожалуйста! - тут же вскочил Короче и затараторил: - короче вообще говоря, Вообщеговоря кажется перегрелся! Он сказал, что...
    - Перегрелся? Ну что ж, у нас и впрямь жарковато! - сказал учитель, - Ваня, ты можешь открыть окно.
    Вообщеговоря Ваня послушно открыл окно и заметил, что в это окно кто-то тут же сиганул.
    - Ты кто? - страшным шепотом опять спросил Ваня.
    - Я?! Твой друг Склероз. У тебя что, короче...? - сказал Короче Вася, повернулся назад и покрутил у виска пальцем другой ноги.
    - Вообще говоря, мне бы лучше пойти пройтись...- громко и выразительно сказал Ваня.
    - Короче, я пойду его провожу! - вызвался Вася.
    А Луша Всех подняла руку, встала и вежливо прощебетала, хлопая закрывающимися глазами:
    - Сан Санович! А у вас, кажется, крыша поехала!
    И она показала на скворечник. Действительно, ветерок из открытого окна подул на крышу и скособочил ее. Но Сан Санович не смотрел на скворечник. Он с ужасом смотрел на вылезающую из-за парты знаменитость, не зная какого нового анекдота от него ожидать.
    - Да не бойтесь вы! - успокоил его Вовочка, - я ничего не буду делать! Честное слово! Просто совершенно ничего не буду делать. Ни за что не буду.
    - Ну почему, почему ты ничего не будешь делать? - успокоившись, удивился Сан Санович.
    - Не хочу! - сказал Вовочка, - я бы сделал хоть что-то, но у меня все - равно не хватит терпения.
    - И я не хочу! - сказал Ванечка, - я бы тоже сделал что-нибудь, но у меня все - равно не хватит таланта.
    - И я не хочу! - сказал Вася, - я бы сделал что угодно, но у меня все - равно не хватит и таланта, и терпения.
    - А ты, Лушенька? - спросил Сан Санович, - Может быть, ты? Ты же у нас такая талантливая и такая терпеливая...
    - И я не хочу! - вздохнула Лушенька, - я бы все на свете бы сделала, но вот не хочу. Не хочу трудиться. Да вы и сами, Сан Санович, не хотите!
    Сан Санович задумчиво посмотрел в открытое окно, которое висело в воздухе, незаметно поковырял в носу и заметно пожал плечами:
    - Странно... Вроде и правда не хочу... А почему? Урок ведь идет!
    - Да не идет никакой урок! Разве вы не почувствовали? - сказал Вообщеговоря Ваня.
    - Он шел-шел, и в окно выпрыгнул! - сказал Короче Вася.
    - И где же теперь наш урок? - заволновался Сан Санович.
    - А на улице. Вон видите трещина трудится?
    И действительно. Трещина вытянулась, наполнилась водой и выпустила на поверхность маленькую зеленую травинку, у которой были планы стать большой травинкой, а если хватит таланта и терпения, то кустиком, а то и целым баобабом. Жаль, что у них с трещиной не было вечности, - ведь за один урок в баобабы не вырасти...
    - Ну ладно. Допустим, урок труда теперь у них. А у нас-то в таком случае что? - поинтересовался Сан Санович.
    - А у нас вечность! - ответила Лушенька.
    - Она в окно втекла, - добавил Вовочка, - целая вечность. Понимаете?
     - П-п-понимаю, - сказал Сан Санович, - Теперь у нас впереди целая вечность! И что же нам теперь делать?
    - Да что угодно! Лично я как раз теперь буду делать что угодно, - сказал Короче Вася.
    - Я тоже сделаю что-нибудь, - сказал Вообщеговоря Вася.
    - Ну, придется и мне сделать хоть что-то, - вздохнул Вовочка, - не сидеть же, в самом деле целую вечность сложа руки?!
    - А как же с терпением? - глупо спросил мудрый Сан Санович.
    - Да куда оно денется?! Нарастет! За целую-то вечность!
    - А как же с талантом? - мудро спросил Сан Санович, неожиданно поглупев.
    - И он никуда не денется, тем более нарастет за целую вечность.
    - А ты, Лушенька? - спросил Сан Санович, - А ты что будешь делать?
    - А что я? Ну что я? - ответила Луша Всех, - Я тем более сделаю все на свете. Причем лучше всех.
    - Так ты же не хочешь!
    - Я не хочу?! Да кто вам это сказал?! Это я трудиться не хочу. А я теперь трудиться и не буду. Я буду развлекаться. Делать что-то - и получать от этого удовольствие. Знаете, какое это удовольствие, когда стараешься-стараешься, делаешь-делаешь, а у тебя - раз! - и получается!
    - А если не получится? - засомневался недоверчивый Санович.
    - Да куда же оно денется?! - заорали все, - За целую вечность?
    И они тут же принялись за работу, не откладывая ее на завтра. Потому, что рядом с ними невозмутимо текла вечность - целая и невредимая, у которой не бывает никакого завтра. И не бывает никакого вчера. Ведь вечность - это одно бесконечное СЕЙЧАС, необыкновенное, неповторимое и восхитительное, которое и нужно постоянно использовать на полную катушку. В конце - концов мы же не треснутые какие-нибудь, чтобы валяться на асфальте и сохнуть от скуки, когда рядышком целая вечность. За целую вечность можно с огромным удовольствием, терпением и талантом сделать и что-то, и что-нибудь, и что угодно, и все на свете. Для этого и вечности вообще говоря, никакой не нужно.
 

ПУШКИН И КОМПАНИЯ.

    - Уважаемый Иван Каквастамович! Не могли бы вы не в службу, а в дружбу провести вместо меня урок литературы, а я тут пока пойду покурю, - безразличным голосом попросила Анатолия Марьяновна Вообщеговоря Ваню, едва войдя в класс.
    - Вы курите?!! - ахнул класс, а возможная отличница Дашенька Ахохова схватилась за сердце и посмотрела на невозможную отличницу Лушеньку Всех. Луша Всех была близка к вертикальному полуобмороку, т.е. она восседала за партой, закатив глаза к потолку и вытянувшись стрункой в ту же сторону. Дашенька тут же закатила глаза и постаралась приобрести такое же положение в пространстве. Пространство немного искривилось, но выдержало.
    Анатолия Марьяновна покраснела для порядка и вздохнула:
    - Нет. Я не курю. Совсем не курю. Это у меня с детства...
    Класс облегченно вздохнул. Дашенька подняла руку, возвращая пространство в первоначальное положение и с укоризной спросила:
    - А почему вы попросили Ваню провести вместо вас урок литературы?
    - А что делать? Что мне еще сделать, чтобы уговорить Ваню принять активное участие в процессе обучения? Я долго думала. Очень долго. Вчера я продумала всю триста четырнадцатую серию своего любимого сериала. Другого выхода нет. Ваня! Выходи к доске проводить урок. А я пошла ...курить.
    Анатолия Марьяновна вздохнула еще тяжелее и тихонько вышла из класса. Класс молчал. Вообщеговоря Ваня молчал сильнее всех.
    - Иди к доске! - набросились все на Ваню, - Из-а тебя человек свое здоровье губит, а ты ...
    - Подумаешь! - пробурчал Ваня, - Мой папа, например, свое здоровье по пачке в день губит, я же вместо него на его работу не хожу...
    Но все-таки он вышел к доске и заглянул в рабочую тетрадку Анатолии Марьяновны.
    - А-а! - обрадовался он, - Про это я знаю! Это я вам сейчас расскажу! Я про это кино видел.
    - Валяй! - махнул рукой друг Вообщеговоря Вани Короче Вася, - только короче! (Для тех, кто не читал другие сказки про эту компанию, напоминаем: Короче - это Васино имя, а Вася - его фамилия.)
    - Словом как бы жил-был один мужик...
    - Это сказка? - вежливо сделала вид, что удивилась, Луша Всех.
    - Да нет! - ответил Ваня, - Натурально жил. Конкретный такой классный мужик...Сашей звали. Его еще убили потом...
    - Надо же! Как жалко! - воскликнула Дашенька, - Из бластера?
    - Ты что?! Из пистолета. Это же сто лет назад было или даже двести.
    - А куда попали? - заинтересовался Вовочка.
    - Не помню, - признался Ваня.
    - А контрольный выстрел в голову был? - спросила Луша.
    - Нет! - уверенно ответил Ваня, - Вообще говоря он еще потом некоторое время мучался. Недобили его.
    - Вот гады! - единогласно решили все.
    - А фирма его кому перешла? - спросил Вовочка.
    - Не было у него фирмы. У него имение было. Только он всякими этими глупостями незанимался. Он сказки писал.
    - А-а! - закричал вдруг Короче, - Так это же Андер-сон!
    - Сам ты Андер-сон! - презрительно сказала Луша, - Андерсена между прочим, никто не убивал. Он жил долго и в меру сил счастливо. А кстати, какие сказки этот классный мужик писал?
    - Я, вообще говоря, только одну видел. И то переделанную на современный лад.
    - Про ворону?! - воскликнула Даша. - Я этот мультик тоже видела! "Однажды раз вороне, а может не вороне, а может быть собаке..."
    - Да не про ворону! - заорал, выходя из себя и тут же возвращаясь обратно, Ваня, - И вообще, что вы меня перебиваете все время? Так я никогда не закончу, а Анатолия Марьнна попадет в больницу.
    - Мы тебя перебиваем, потому, что ты рассказываешь без подробностей! - объяснила Даша, - И торопишься.
    - И тянешь, - добавил Вася, - Короче надо, динамичнее...
    - И ближе к тексту, - сказала Луша, - вот чтоб как у автора, так и у тебя.
    - Ну и от себя маленько добавь, - попросил знаменитый Вовочка, - а то как говорится, на автора надейся, а сам...
    Ваня глубоко вздохнул. Получилось у него это вполне профессионально - почти как у Анатолии Марьяновны. И начал рассказывать. Не торопясь, не затягивая, корче, динамичнее, ближе к тексту и со всеми подробностями. Вот так:
    - Жил-был лох со своею лохудрой у самого синего моря. Жили они в подземке и была у них одна лоханка. Лох увлекался рыбалкой и ловил неводом рыбу. Один раз лох поймал золотую рыбку, и синее море через какой-то период помутилось. Рыбка как такое увидела, так и заорет нечеловеческим голосом: "Отпусти меня, кому говорят! Гляди, чо творится: в море нарушилось экологическое равновесие из-за пойманной меня!" Лох так и отпал от того, что рыба разговаривает. Сначала он хотел говорящую рыбу продать, и купить своей лохудре новую стиральную машину. Потом он решил сделать на рыбке рекламу и построить коттедж с гаражом и сауной. Потом он сообразил, что выгоднее создать свое собственное рыбье шоу, а свою лохудру баллотировать в президентши, чтоб ходила она в дорогих побрякушках, и чтоб служили ей все на побегушках. А потом лох подумал: " А на кой ляд мне вся эта канитель?" И он отпустил золотую рыбку и, как зомби, пошел в свою подземку. Пришел, а там сидит его лохудра, а перед ней старая лоханка. Все!
    Тут как раз прозвенел звонок и все зааплодировали. В класс вбежала Анатолия Марьяновна, до слез растроганная Ваниным участием в процессе обучения.
    - Вам наверное, из-за меня плохо, - уже привычно -профессионально вздохнул Вообщеговоря Ваня.
    - Что ты! - воскликнула Анатолия Марьяновна, - Я же не курила! Я за дверью стояла и слушала. Вообщеговоря! Я... как это сказать... тащилась от твоего рассказа. Кстати заранее предупреждаю: следующий урок будет вести Короче Вася.
    - А кто там следующий по программе? - заволновался Вася.
    - Другой классный мужик, - сказала Анатолия Марьяновна, - Тоже стишки пописывал. Его еще потом на курорт сослали. В Кисловодск, что ли, или на Канары...

РЕПКА.

    Посадил дед репку.
    Выросла репка - мутантка: большая - пребольшая.
    Взял дедка бензопилу и пошел пилить репку. Пилит - попилит, - перепилить не может. Позвал дедка бабку.
    Притащила бабка промышленную овощерезку с дистанционным управлением и отправилась на помощь дедке. Дедка за бабку, бабка за пульт управления, режут - порежут, - перерезать не могут. Позвала бабка внучку.
    Крутая внучка выхватила из-за пояса свой верный бластер и резанула прямо по репке. Бабка в ужасе спряталась за внучку, а дедка - за бабку. Но репка-мутант была покрыта прочной непробиваемой для бластера кожурой. Позвала внучка робота Жучку.
    Появилась Жучка, вооруженная усовершенствованной плазменной пушкой. Внучка за Жучку, бабка за внучку, дедка за бабку... Не помогла пушка. Позвала робот Жучка суперкошку.
    Суперкошка была специалистом высокого класса по борьбе с репками - мутантами. Суперкошка приготовила к бою сделанный по специальной схеме антирепковый дезинтегратор и... Жучка - за кошку, внучка - за Жучку, бабка - за внучку... Дедка высунул нос из-за бабкиной спины и спросил:
    - Послушайте, а что значит "антирепковый дезинтегратор"?
    - То и значит, что от твоей репки через пару секунд одна пыль останется! - прошептала в ответ бабка, и дедка тут же нырнул обратно за широкую бабкину спину.
    Но и суперкошка вместе со своим супер - дезинтегратором не помогла. То ли внутри репки находилось какое-то особое устройство, защищающее от дезинтеграции, то ли еще по какой причине, но пыль стояла столбом, а репка возвышалась на своем прежнем месте, как ни в чем ни бывало. Осталось одно - позвать на помощь мышку.
    Мышка была серенькая. Маленькая. Не боевая. Оружия у нее никакого не было. Даже повязки на лбу она не носила. Но ходили слухи, будто эта мышка слово знает. Волшебное. И хотя всем на свете ясно, что никаких волшебных слов, кроме "пожалуйста", на свете не бывает, мышку на помощь все-таки позвали. Прибежала мышка и тихонечко подошла к репке. Суперкошка спряталась за мышку, Жучка за кошку, внучка за Жучку и так далее.
    - Дорогоя репка! - сказала мышка, - Ты прочно сидишь в земле и не собираешься вылезать. Конечно, это твое дело. И я очень хорошо понимаю, что никакими силами тебя оттуда не вытащишь. Но какой смысл тебе торчать в этой грязи? Уже осень, скоро начнутся дожди, холода, ударит мороз... Знаешь, что тебя ждет дальше, если ты не захочешь ничего изменить в своей жизни? Ты просто - напросто испортишься, сгниешь на корню, и никакая кожура особой прочности тебе не поможет. Но даже если тебе и удастся продержаться несколько лет, что это будут за годы? Никто не подойдет к тебе, никто не узнает, какая ты сладкая и вкусная. А ведь тобой одной можно накормить целый город! А из кожуры может получится отличная обшивка для космического корабля дальнего следования! Я уже не говорю о семенах. Ведь если из каждого семени вырастет еще по одной такой репке...

    Вместо послесловия.
    Дорогие девочки и мальчики!
    Писала я, писала эту сказку, и решила ее не дописывать. Вы и так уже наверное все догадались, что в этой сказке все хорошо кончится. А я лучше пойду на кухню и поем репки. Вообще-то я репок не люблю, но эта какая-то особенная попалась. Вкуснющая! Говорят, мутант. Оказывается, мутанты тоже иногда полезные бывают. А я этого раньше и не знала...
 

ТЕРЕМОК.

    Жил-был мальчик Ваня. И было ему ровно три года и три месяца. Как-то раз вечером, часов примерно в девять, мама ему и говорит:
    - Давай-ка, Ванечка будем стелить постельку и баиньки.
    А Ваня и отвечает:
    - Не хочу я никакие баиньки! Не хочу я ни в какую постельку! Что я маленький, что ли?! Ты на часы посмотри - рано еще!
    - Пора уже! - уговаривает мама.
    - И ничего не пора!- возражает Ваня, - В постельке скучно! Не хочу!
    -Ну и ладно! - говорит мама, - Не хочешь, и не надо! Давай-ка я лучше тебе теремок сделаю. И будешь ты у меня в тереме жить - поживать!
    Сказано - сделано. Взмахнула мама руками и вырос прямо посреди комнаты чудо - терем: пол в тереме из дивана, стены и крыша из одеяла, на подоконнике подушка, а двери с любой стороны, - откуда хочешь, оттуда и влезай! Очень обрадовался Ваня такому терему и побежал умываться и чистить зубы, чтобы поскорее в теремок забраться.
    А пока Ивана не было, пробегал мимо терема плюшевый мишка. Увидел теремок, постучался и спрашивает:
    - Эй! Кто в тереме живет?
    Никто не отвечает. Залез медвежонок в теремок и стал в нем жить.
    Пробегал мимо резиновый щенок. Увидел теремок:
    - Тук - тук! Кто в тереме живет? Кто - кто в невысоком живет?
    - Я, плюшевый медвежонок! Залезай, будем вместе жить!
    Стали они вдвоем жить: щенок и медвежонок. Ехал мимо большой красный грузовик с кубиками. Осветил фарами теремок и принялся сигналить:
    - Бип - пип! Кто в гараже живет? Кто - кто в невысоком живет?
    - Я, плюшевый медвежонок!
    - И я, резиновый щенок! Заезжай и ты!
    Развернулся грузовик, въехал в терем и стали они втроем жить. Ну, вернее, втроем и плюс кубики, которые на грузовике были. Пролетал над теремом самолет с прицепом. А потом проплывал неподалеку катер. А потом появился откуда-то вязанный баран и притащил с собой связку баранок. Все стали дружно есть баранки и сорить прямо на пол, то есть прямо на диван.
    Пришел Ваня, стал залезать в свой теремок, а там для него уже и места не хватает: мал теремок! Ванечка уж и так вертится, и этак, стены ходуном ходят, крыша набок едет, окошко на палас свалилось...
    И неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы в этот момент в комнату не заглянула мама.
    - Так, -сказала мама, - А кто это тут у нас в тереме живет?
    -Ох, мамочка! - вздыхает Ваня, - Лучше и не спрашивай! Кого тут только нет, все мои любимые игрушки. Ну не выгонять же их на улицу!
    - Да, - согласилась мама, - Любимые игрушки на улицу не выгонишь! Придется их оставить. Вот только катеру в тереме не место. Ему в тереме и якорь бросить негде. Давай-ка мы катер в порт отправим!
    - Давай! - говорит Ваня.
    Уплыл катер в порт.
    - И самолету в тереме делать нечего. Самолеты ночуют в ангарах.
    - Правильно! - соглашается Ваня, - Лети, самолет, в ангар!
    Самолет и улетел.
    - Интересно, а куда на ночь грузовики исчезают?
    - Известно, куда, мам! Они же в га-раж едут!
    - Правильно!
    Уехал грузовик в гараж. Мишка отправился в берлогу. Щенок - в конуру. И только вязанный баран уперся: никуда не захотел уходить! Так и остался в тереме вместе с Ваней до самого утра жить. 502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/0.7.67